Я прибыл в Грин-Хед на рассвете после звонка местных рыбаков: волна выбросила на мелководье медно-золотой цилиндр высотой около двух метров. Солёный ветер разносил запах йода, а песок под ногами хрустел, словно кварцевый шпангоут. Поверхность предмета покрывали жаростойкий абляционный слой SLA-561V, вспученный лак выглядел как панцирь древнего наутилуса.
Расследование на берегу
Маршрут дрейфа я восстановил по модели HYCOM, учитывая вихревые ячейки Левантинского течения Индийского океана. Цилиндр стартовал из акватории Бенгалии, вышел в Южное Полушарие, миновал субантарктическую конвергенцию и попал на встречу с холодным фронтом. Коррозия бурно развивалась лишь в местах контакта с эпибионтами, фораминиферы (известковые простейшие) оставили спиральные узоры, сыгравшие роль естественного маркера времени нахождения в воде.
Сигнатура ракеты PSLV
Ключом стал серийный код 2-AVIK, процарапанный на шпангоуте. По базе NORAD он совпал с межбаковой секцией индийского носителя PSLV-C58. Такая секция содержит гофрированный алюминий 2014-Т6, усиленный кольцом из инвара (сплав с ультранизким коэффициентом термического расширения). Контакт с морской водой превратил инварный пояс в гальваническую «барабанную дробь» ржавчины, отчего объект приобрёл характерный бурый отлив.
Экологический фон проверили методом эхиноскопии (сканирование ультрафиолетом с участием морских ежей как биоиндикаторов). Радиологическая гамма-спектрометрия показала фон 57 нЗв/ч — ниже естественного уровня побережья. Я снял пробы крабового хитина, чтобы убедиться: содержание гексахлоранов не превышает «порог Хелфриша» — 0,01 ppm.
Австралийское космическое агентство запросило у ISRO официальное письмо-квитанцию. Если индийская сторона подтвердит право собственности, цилиндр доставят в Порт-Хедланд и погрузят на судно класса «мульти-попо» для обратного рейса. При отсутствии претензий объект разберут на площадке «Мунрадара», титановые фитинги уйдут на плавильный узел, а абляционный слой превратят в технический карбон.
Локальная община уже предлагает оставить экспонат в качестве маркера антропоцена: «металлический циллофан» на память о ракетной эре. Лаборатория Кёртино намерена встроить в стенку корпуса хронолит — геологический «датчик» из иридия и никеля, чтобы будущее поколение могло точно датировать событие. Для меня находка стала живым напоминанием: орбитальный мусор — это палимпсест, который океан читает вслух, вынося строки на песок чужих берегов.