Я наблюдаю, как полки художественных магазинов стремительно заполняют салфетки с викторианскими сюжетами, клей на основе декстринов и лаки с эффектом стекловидной плёнки. Спрос подталкивает владельцев мастерских открывать дополнительные курсы, посвящённые декупажу. Термин пришёл из французского découper — «вырезать» и точно отражает суть приёма: иллюстрацию отделяют от исходного носителя и переносят на предмет интерьера, создавая иллюзию авторской росписи. При должной выкладке даже специалист отличит подделку только после лупы.
Происхождение приёма
До начала XVII столетия украшение предметов бумагой описывали как lacche tagliate в Венеции. Артисты вырезали китайские гравюры, наклеивали их на ларцы, покрывали сандараковой смолой и продавали под видом лакировки из Макао. Термин découper закрепился позднее, когда столярные гильдии включили технику в регламент по декору мебели. В Россию метод проник через петербургские мануфактуры при Екатерине II: вырезная аппликация оказалась дешевле многослойной росписи и удовлетворяла моду на «восточные кабинеты». К началу ХХ века в ходу уже был кракле — приём, при котором лак намеренно растрескивался, придавая поверхности благородный возраст. Кракелюр появился благодаря добавке копала и бурштына, образующих сетку микротрещин после сушки.
Этапы работы
Для надёжного сцепления поверхность шлифуют абразивом Р240, грунтуют акрилом, просушивают до матового блеска. Бумагу отделяют в один слой, используя метод «дышащего лезвия»: нож держат под углом пятнадцать градусов, исключая ступеньку волокон. Влажная салфетка укладывается на плиту из фибркартона, выравнивается эбонитовым шпателем, излишки клея убирают фильтровальной бумагой. После сушки поверхность лессируют гуашью, вводя оттенок фумароль — глубокий серо–лавандовый полутон эпохи ар-деко. Для защиты накладывают три слоя даммарного лака с выдержкой шесть часов между проходами, финальная пленка выдерживает контакт с этиловым спиртом. Желающий добиться патинового эффекта применяет маруфляж — горячее прикатное золочение на тонком полотне, появившееся во французских религиозных мастерских. Тонкие трещины усиливают битумом марки «Рублевъ», приобретая мягкую тень внутри растрескавшегося слоя.
Тенденции рынка
Сейчас в ход идут ультратонкие «рисовые» карты — целлюлозное полотно плотностью двенадцать граммов на квадратный метр. Оно выдерживает изгибы гиперболических форм без заломов. Популярность набирают полутонированные подносы из биополимера PLA: изделие разлагается в компосте, при этом сохраняет герметичность под лаковым панцирем. Дизайнеры вводят фотохромные пигменты, под комнатным освещением виден классический пасторальный мотив, под солнечным — проявляется неоновый контур. На профильных аукционах фиксируется рост лотов с «живым кракле»: микрокапсулы масла ладана раскрываются спустя год после отделки, отчего карта меняет тональность без вмешательства мастера. На фоне стремления к персонализации рынок предлагает сервисы до печати: клиент загружает файл, станция лазерного спекания переносит изображение на трансферную основу, далее действует классическая технология приклеивания и лакировки.
Суммируя наблюдения, отмечу: découper возвращается из ниши хобби в индустриюрию предметного дизайна. Приём даёт возможность фабрике имитировать сложную роспись, а частному мастеру — создать штучный сувенир с историческим шлейфом. Я продолжаю фиксировать новинки рынка и уверенно прогнозирую дальнейшее расширение палитры материалов — от гумирезиновых связующих до биоразлагаемых лаков на шеллаке киносмола.