Я веду хронику частных строек пятнадцать лет, за упомянутый период сформировался целый архив приёмов, пригодных для тёплой, сухой и экономичной бани внутри загородного дома.
Стены без росы
Обычный профилированный брус притягивает влагу, поэтому я выбираю осиновые ламели в сочетании с льноватином. Капиллярная влага не задерживается, росы на границах слоёв не образуется. Межвенцовый зазор пропитан бортовым антисептиком, что исключает голубую гниль. Снаружи — вентилируемый зазор шириной ладони, внутри — паробарьер из армированной фольги. Фольга отражает инфракрасные волны печи, экономя топливо. Для контроля я использую психрометр и логгер температуры: разница между стеной и воздухом составляет четыре градуса даже во время «рафиной» сессии при 95 °C.
Тонкости печи
Я ставлю кирпичную «колпаковую» печь высотой два метра: дымоход петляет, отдавая тепло кирпичу, а не воздуху сажи. В топке — рутиловые шамоты марки ША-5, выдерживающие 1450 °C. Зольник выдаёт меньше сажи благодаря смесителю вторичного воздуха. Под полками располагаю камеру сухого подогрева веников — микроклимат тут держится при 40 °C даже после выключения печи. Для ароматерапии вставляю фумарольную банку с пихтовым экстрактом: пар выходит насыщенным, но без избытка эфирных масел.
Микроклимат после веников
После парения влажность падает медленнее прочего за счёт гигроскопичного пола из лиственницы, набранного без гвоздей на шпонках. Между досками оставлен зазор три миллиметра: конвекция воздуха идёт снизу вверх, удаляя паровой шлейф. Для просушки проветриваю помещение сквозняком десять минут, температура опускаетсяя до 45 °C, при этом конденсат на потолке не фиксируется. Я держу в шкафу цифровой гигростат, он ведёт график сутки подряд, подтверждая стабильность режима.
При таком устройстве затраты на дрова сокращаются на треть, ресурс древесины в стенах достигает полувека, а гулкая акустика парной превращает каждое шипение воды в миниатюрный грозовой раскат.