Я приступаю к стене так, будто диктую ленту новостей: секунды глубже краски, кадры резче линий. Кубизм просит не глаз, а слух, приходится слышать контрапункт плоскостей ещё до первого мазка.
Фактура мысли
Шаг первый — картография плоскости. На стену наношу сетку из изохронных (разновременных) линий. Термин пришёл из астрономии: изохрона отмечает параллельные моменты времени, здесь же она соединяет параллельные ракурсы. Сетку веду мягким углем, пигмент пачкаться не тревожится — позже его поглотит фон.
Шаг второй — подбор палитры с кумулятивной гаммой: каждый новый цвет не перекрывает предыдущий, а копит прозрачность. Бирюза встречает охру, образуется медовый спектр, похожий на шорох меди под солнцем. Приём носит название «лазурирование обратного типа» — слой кладётся снизу вверх, а не наоборот.
Пластика угла
Шаг третий — фрагментирование предметов. Набрасываю предмет на кальку, режу мембраной скальпеля, словно монтажёр плёнку, и переношу части по диагонали. Так рождается «фенестра» — окно, в котором угол отражает соседний угол, пока оба не срастаются в единую фигуру-восьмигранник.
Шаг четвёртый — граттаж: стальным резцом снимаю верхний слой подсохшей краски, вытравливая свет. Поверх выдуваю аэрозольный графит. Получается эффект сабуратора — пятно, будто затаившее дыхание.
Монтаж без рамы
Шаг пятый — интеграция холста в стену. Использую «сухой контакт»: полимерная смола без воды пропитывает слой штукатурки, сцепляя живопись и минеральную основу за три минуты. Карниз не нужен: живопись выходит из стены, словно новостная лента из тикера, и сразу набирает ритм.
ом становится картина, где время дробится энфейсами, а пространство говорит шёпотом геометрии. Я ухожу, оставляя стену жить собственным выпуском, который обновляется с каждым лучом дня.