У покерного игрока имеются два ресурса: фишки и место за столом. Первое легко подсчитать, второе нередко игнорируют. Заняв неподходящее кресло, профи мгновенно превращается в зрителя, лишённого реплик.
Первая тройка позиций требовательна. Ранний рейз демонстрирует силу, однако открывает спину для ререйза. Диапазон стартовых рук сужается почти до скобок: пары TT+, туз-король, туз-дама одномастные, парой оттенков притворства — suited connector-ы. Здесь каждая ставка похожа на декларацию под прицелом телекамеры.
Роль блайндов
Блайнды остаются заложниками своего обязательства. Большой блайнд получает «бесплатный» флоп, но действует без информации. Малый платит половину, затем ходит первым — редкий парадокс, аналог «цугцванга» в шахматах. Защита блайндов требует гибкости: требует light против кражи, check-raise с equity-дро, лимб-ловушка против агрессора. Уравнивание без плана превращает стек в песочные часы.
Средние кресла по численности кажутся комфортными, однако здесь включается «рефракция пота» — термин, описывающий изгиб информации при каждом колле после вас. Один пас за спиной снижает шанс коллективного флоп, агрессия позади заставляет завершать розыгрыш до вскрытия.
Баттон — оркестровая яма
Последнее слово принадлежит баттону. Даже средняя рука обретает громкость симфонического барабана. Ставка в позиции крадёт мизерные банки, собранные лимперами, а серьёзный рейз ставит под сомнение баланс оппонентов. На баттоне я применяю «энтропийный диапазон» — широкое открытие, где слабая карта идёт в бой из-за будущего знания действий соперников. Подобная тактика сочетает прибпыль и психологическое давление.
Котов собирает похожие дивиденды, хотя лишён дилерской пуговицы. Здесь прибавляется функция squeeze: мощный ререйз после колла слева и рейза справа. Приём похож на кобру, вонзающую клыки между двумя жертвами.
Динамика стека
Глубокие стеки обостряют positional warfare. С карманом ста больших блайндов возможен float на флопе, донк на тёрне или delayed cbet. Короткие стеки диктуют пуш-фолд. При двадцати блайндах я оцениваю ICM-градиент — математическое давление призовых — и подстраиваю диапазон под соседей. Открытие с ранней позиции совпадает по риску с прыжком через огненную пропасть, когда слева сидят два ховеркрафта с переставочным темпераментом.
Игра один на один превращает позицию в тотальный штандарт. Баттон бетить почти каждую руку, большой блайнд отвечает трибетом с любыми двумя suited super-ами, напоминая дуэль на зыбучих песках, где первый шаг предопределяет глубину погружения.
Философский вывод звучит так: позиция — орган слуха за покерным столом. Займи верное место, и шёпот противников превратится в партитуру, проложив дорогу к финальному аккорду — сбору фишек.