В ленте космических пресс-релизов порой всплывают объекты, способные обнулить самообладание пресс-центра. Я свёл пятёрку самых тревожных феноменов, опираясь на телеметрию миссий ESA, Hubble и Fermi.
Чёрная дыра J2157
Аппетит этой гипермассивной дыры сравним с поглощением Земли каждые два дня. Свет, попавший в область радиуса Шварцшильда, подчиняется спагеттификации — эффекту, при котором гравитационный градиент вытягивает материю в тончайшие нити. Темп аккреции превышает расчётные лимиты Эддингтона, что превращает окрестности в светящийся шторм рентгено и гамма-кванта. Масса объекта — 34 миллиарда солнечных, а красное смещение z=4,75 сообщает: вспышка доходит сквозь 12 миллиардов лет космического времени.
Сверхплотный звёздный труп
PSR J0740+6620 — пульсар-миллисекундник с массой 2,14 M☉. Радиус 13 км вмещает вещество с плотностью 8·10¹⁷ кг/м³, что выводит состояние материи к категории «странной кварковой плазмы». При такой концентрации барионов один чай-сапун выдавит на весах 900 Эверестов. Плазма ведёт себя как нуклонная супружница: ядра «запираются» в ферми-море, где господствует деградационное давление Паули. Огромная инерция раскрутила объект до 350 оборотов за секунду, каждый импульс похож на космический метроном, отмеряющий релятивистскую вечность.
Призрачная планета HD 189733 b
Газовый колосс, вращающийся на расстоянии 0,03 а.е. от оранжевого карлика, обрёл кобальтово-синий оттенок плазменных штормов. Скорость ветра — 7 км/с, температура дневной стороны — 1 300 °С. Кремниево-оксидные аэрозоли конденсируются, формируя стеклянный дождь, летящий поперёк горизонта. Спектроскопия показала следы тиоцианида натрия, придающего атмосфере ядовитый «аромат». Транзит длится 1,8 часа, и за это время поток ультрафиолета подчёркивает прогнозируемую фотолиз-каскадную эрозию верхних слоёв.
Квазар TON 618 — световой великан без афиши. Его устье излучает 140 трлн L☉, достаточных для испарения Нептуна за пять минут. Дисковая плазма достигает температуры 200 000 К, в спектре фиксируются линии CIV и OVI с колоссальными скоростными сдвигами. Галактика-хозяйка едва просматривается: квазар переигрывает её светимость на пять порядков. Расчёт по профилю БроадЛайн-Ридж показывает массу ядра 66 млрд M☉, что выводит объект в касту ультра-чёрных дыр.
Туманность-холодильник Boomerang Nebula, находящаяся в созвездии Центавра, демонстрирует температура −272 °C — ниже реликтового фона. Газ растягивается со скоростью 164 км/с, создавая расширяющийся кокон, где энергия излучения равна пяти-шести фото нам на кубический сантиметр. Такой холод объясняется адиабатическим экспансией, инициированной выбросом гелиево-углеродной оболочки умирающей звезды. Внутри облака частично кристаллизуется диацетилен C₄H₂, образуя «антенны» — длинные цепочки молекул, усиливающие микроволновое рассеяние.
Пять монстров формируют пантеон космических страхов: гравитационные бездны, ядерная материя, стеклянный шторм, фотонный гигант и абсолютный холодильник. Люди давно привыкли к ночному небу, но каждое из упомянутых существований напоминает — Вселенная умеет нарушать земные представления о пределе возможностей физики.