Сейсмометр миссии InSight зафиксировал тысячи низкочастотных толчков. Их спектр раскрывает подвижный мантийный слой, где расплавленные сульфиды дрожат словно медь на кузнечном наковальне.
Подпольные точки
Геофизики проследили глубинные отражения волн и вычислили границу ядра. Радиус оказался на сто километров длиннее прогноза, а тепловой поток напоминает выдох глыбы, ещё не успевшей остыть после формирования Солнечной системы.
Пыль рождает штормы планетарного масштаба. Снимки орбитальных камер показывают, как вихри Виллы нанесения собирают рыжие аэрозоли, поднимая их выше тридцати километров. Потеря прозрачности воздуха резко понижает температуру поверхности, вызывая сложную трубку обратной связи.
Штормы из охры
Навигационные данные «Кьюриосити» фиксируют линзы ледяных кристаллов, вспыхивающие возле закатного горизонта. На границе сумерек вспыхивает ультрафиолетовое свечение: протоны солнечных вспышек врываются в разреженный газ, вызывая протонную полярную зарю, отличную от земной зелени.
Атмосферная утечка выглядит как невидимая река. Аппарат MAVEN зафиксировал порывы ионов кислорода, вырывающихся со скоростью десятки тонн за час в дни геомагнитных бурь. Процесс называют «атомным фэншуй» — пространство медленно переносит легчайшие фрагменты марсианской души в межпланетное пространство.
Дыхание ледяных шапок
Весной углекислотный покров на полюсах вспучивается. Под прозрачным слоем льда накапливается газ, образуя шахтёры-гейзеры. Фонтаны выбрасывают базальтовый песок, рисуя тёмные веера длиной до километра. Эти знаки помогают прогнозировать сезонные пере маршруты марсоходдов.
Высокоэнергетические нейтроны, регистрируемые прибором DAN, показывают всплески, синхронные ударным волнам солнечных протонов. Радиационные дозы достигают показателя, приравненного к полугодовой орбитальной норме за двенадцать часов — тревожный сигнал для группы инженеров, рассчитывающих логистику будущих миссий.
Комплекс явлений формирует многослойный портрет планеты: живая внутренняя архитектура, неутихающие ветры, полярные химические фейерверки и медленное испарение атмосферы. Суммарная картина заставляет пересматривать расчёты посадочных модулей, схемы энергетики и биозащиты экипажа. Марс пульсирует, и каждый удар — новое исходное условие для планирования.