Когда в новостях появляются кадры гигантских ледяных гряд, их нередко называют сосульками, ледяными стенами или ледяными клыками. С научной точки зрения речь обычно идет о торосах — нагромождениях битого льда, которые возникают при сжатии, сдвиге и напоре ледяных полей. Я как новостной редактор вижу, что внимание к ним выросло не из-за одной причины. Сошлись сразу несколько факторов: лед стал подвижнее в ряде акваторий, съемка заметно упростилась, а необычные формы льда быстрее попадают в ленты и эфир.
Откуда они берутся
Торос не вырастает как сосулька. Он формируется, когда ветер, течение и волны сталкивают ледяные поля друг с другом. Плоский лед ломается, плиты наползают, кромки встают дыбом, а часть массы уходит вниз. Над водой виден гребень, под водой скрыта крупная подводная часть. По этой причине даже сравнительно невысокий торос опасен для судов, рыболовных участков и береговых сооружений.
На рост ледяных нагромождений влияет не только мороз. Нужны перепады температуры, периоды оттепели, повторное замерзание, сильный ветер и открытая вода рядом с кромкой льда. Когда лед тоньше и подвижнее, он легче ломается и быстрее собирается в гряды. При устойчивом толстом покрове картина иная: поле дольше держит форму и медленнее перестраивается.
Почему сообщений стало больше
Первая причина — наблюдаемость. Спутниковые снимки, беспилотники, камеры на берегу и телефоны рыбаков дают куда больше кадров, чем прежде. То, что раньше видели экипажи судов, полярники или жители побережья, теперь за часы разлетается по редакциям. Я регулярно вижу, как локальное видео из небольшого поселкаелка за день превращается в международную новость.
Вторая причина — контраст погоды. Мягкие зимние отрезки, резкие вторжения холода и штормовые периоды усиливают перестройку ледяного покрова. Лед дробится, сдвигается, затем смерзается снова. В такой схеме крупные гряды образуются быстрее, а их форма выглядит выразительнее на фото и видео.
Третья причина — смещение интереса новостей к наглядным природным явлениям. Торосы визуально понятны без сложного пояснения. Высокий ледяной вал у берега, разломанные плиты, вмерзшие друг в друга блоки — сильная картинка для заголовка. Из-за этого торосы освещают охотнее, чем медленные изменения льда без зрелищного кадра.
Что меняется в природе
Говорить, что гигантских торосов стало больше повсюду, было бы неточно. Картина зависит от района, сезона, ветрового режима, глубины у берега и состояния льда. В одних местах ледяной сезон сокращается, в других нестабильность покрова ведет к резким подвижкам и сжатию. Для новостей важен не средний фон, а яркий эпизод. Отсюда ощущение, будто явление резко участилось на всей планете.
При этом связь с климатическими сдвигами у темы есть. Потепление не отменяет лед, а меняет его свойства и режим. Более тонкий сезонный лед ломается и дрейфует иначе, чем массивный многолетний. Дрейф — перенос льда ветром и течением — усиливает столкновения полей на отдельных участках. Когда к нему добавляется шторм, лед быстро собирается в мощные нагромождения у берега или в узких проливах.
Есть и еще одна причина, о которой в новостях упоминают реже: люди стали ближе подходить к кромке льда ради съемки. Из-за этого кадры крупнее, драматичнее и опаснее. Внешне торос похож на застывшую скульптуру, но внутри гряда нестабильна. Плиты смещаются, трещины раскрываются, нижняя часть подмывается волной. По новостным сводкам видно, что интерес к зрелищу нередко опережает осторожность.
Для редакции главный вопрос звучит не так: появились ли торосы внезапно. Вернее спросить, почему мы видим их чаще и лучше. Ответ складывается из физики льда, погодной резкости и новой плотности наблюдения. Гигантские ледяные гряды были и раньше, но теперь они быстрее обнаруживаются, яснее снимаются и заметнее в информационном потоке.